Новости

Интервью Дмитрия Саблина главному редактору «Ридуса» Андрею Гулютину

Избранный в феврале секретарем «Единой России» в Севастополе, депутат Госдумы и сопредседатель «Антимайдана» в России Дмитрий Саблин, попавший недавно в топ «рейтинга самых привлекательных депутатов» от Ксении Собчак, дал большое интервью главному редактору  «Ридуса» Андрею Гулютину, в котором рассказал о том, каким он видит будущее региона, равно как и всего Крыма, о том, как будут развиваться российско-украинские отношения, и о том, какая перезагрузка ждет нашу страну в ближайшее время.

Что вас объединяет с Крымом и Севастополем и думаете ли вы связать с этой территорией свою дальнейшую жизнь? Или куда Родина пошлет, туда и отправитесь?

— Прадед мой похоронен в Ялте, бабушка похоронена в Феодосии вместе с тетей. Отец мой родился в Севастополе. То есть у меня все родственники по линии отца связаны с Крымом, а по линии мамы — с Донбассом.

Я родился в Мариуполе, мама — в Луганске. Для меня Крым, Севастополь, Донбасс — моя малая родина. 16 марта 2014 года, когда Крым присоединился к России, я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Это был самый счастливый день в моей жизни за 50 лет.

Я ни минуты не думал, когда мне предложили возглавить отделение партии «Единая Россия» в Севастополе. И пока у меня есть силы, я готов их отдать на благо Севастополя. Не знаю, получится у меня или нет. Об этом сложно говорить. Наверное, это должны решать люди.

Но Севастополь — очень своеобразный город. Здесь нужно жить не для себя, тогда ты получаешь настоящее удовольствие. Севастопольцы очень требовательны.

В этом городе невероятное количество пассионарных людей. Если в других городах их может быть 3—5—10%, то в Севастополе активных людей — до 30%. Здесь сама земля воспитывает таких людей. Поэтому, работая здесь, нужно делать и отдавать больше, тогда люди за вами пойдут.

А в отношении лично меня… Я был офицером, и для меня все очень просто: где я Родине нужен, там я и буду. Это на самом деле единственное, что меня держит в политике. Так сказать, лейтмотив жизни.


В чем нуждается сейчас Севастополь в наибольшей степени?

— В единстве власти.

Да, денег выделяется много, возможностей много. Но не прекращающийся конфликт внутри местных элит разделяет не только законодательную и исполнительную ветви власти, он расчленяет даже фракцию «Единой России» в законодательном собрании.

Люди не могут найти какого-то определенного компромисса. Однако политика — это ведь именно что: искусство компромисса. Без компромисса ничего не получится.

Причем в сложившейся ситуации страдают в первую очередь горожане, и вот этого понимания внутри властных элит пока нет.

Я надеюсь, что грядущие выборы исправят эту проблему и город будет развиваться динамично и системно.

Ну а пока региональное заксобрание все делает в пику губернатору, тот, в свою очередь, все пытается досадить парламенту, и некоторые решения, которые я наблюдаю, они принимаются вопреки всякой логике.

Это самая большая проблема современного Севастополя. Слава Богу, что у нас, непосредственно в отделении партии, ничего подобного нет. У нас очень хороший коллектив в партии, в президиуме, в политсовете.

Очень хорошо, я считаю, работают районные депутаты Севастополя, главы муниципальных образований, всех этих людей действительно можно назвать единомышленниками.

Однако единомышленниками становятся в работе. Чем больше совместно сделано, тем больше люди начинают ценить и партию, и другие структуры.

Если человек бескорыстно что-то свершил, не за деньги, а ради общества, то он начинает это особенно ценить. Это людей объединяет. Модель перезагрузки партии как раз и была на этом построена.

Замечательно, что за три месяца нам удалось сформировать коллектив из ответственных и бескорыстных людей. Мы недавно проводили заседание президиума политсовета, и я обратил внимание, что собрались все до единого. Людям это интересно. Не в каждом регионе можно такое увидеть. Ведь заседание политсовета — это не обязаловка. Самое главное: когда мы собирались, мы не говорили о предстоящих выборах, мы говорили прежде всего о системной работе в регионе.


Будет ли партия как-то влиять на составление и принятие генплана застройки города?

— В Севастополе громадная территория. По площади она равняется Москве в пределах МКАД.

Вот я депутат от Новой Москвы, которая вошла в состав столицы в 2012 году. Прошло семь лет, это тоже достаточно большая территория. Но прошло уже целых семь лет. Есть ли генплан застройки этой территории? Его нет. Пять институтов работают, работают десятки тысяч квалифицированных людей, а генплана до сих пор нет.

Генплан — достаточно сложная история. При этом законодательную базу в стране регламентирует Конституция, федеральные законы, кроме того, есть еще и право на частную собственность.

В той конфигурации, в какой Севастополь вошел в состав России, разработка генплана — это намного более сложный процесс, чем в случае с Новой Москвой.

В Севастополе до сих пор не закреплены права собственности людей: они еще не до конца переведены в рамки российского законодательства с украинских времен.

Таким образом, вопрос принятия генплана, конечно, вызвал всевозможные нарекания. Есть генплан от 2007 года. Он существует, он принят. Но вопрос права собственности остается. Принимая генплан, надо в первую очередь учитывать интересы жителей города.

Взять и за один раз проголосовать за целый генплан невозможно. Видимо, нужно регион делить на участки, проводить общественные слушания по каждому отдельно, причем на них надо приглашать тех людей, которые живут на том или ином участке, нужно корректировать, исходя из мнения людей, и таким образом развивать всю территорию Севастополя.

Конечно, здесь нет таких мощностей, как в Москве. И опыта такого нет. Поэтому развитие будет поступательным.

Но из-за отсутствия генплана существует проблема хаотичной застройки Севастополя…

— Территория региона, как уже отмечал, очень большая. Жители Севастополя (да и жители Москвы, равно как и любого другого региона), они против точечной застройки.

Я бы, например, на сегодняшний день прекратил бы точечную застройку. Надо прорабатывать вопрос комплексного развития территории. Одно дело сто тысяч гектаров отработать, другое — сто гектаров отработать.

По сути, если мы говорим о застройке, то на площади в тысячу гектаров можно построить по метражу недвижимости такой же город, как Севастополь. Но это должно быть реализовано таким образом, что сразу на заранее определенных территориях будут строиться школы, больницы, дороги, бульвары, парки.

Так развивается Новая Москва, где за короткое время вырастают целые благоустроенные районы. Ее узнать нельзя. И дома там, и школы, они порою намного лучше, чем в самой Москве. И ни у кого такая застройка не вызывает нареканий. Поэтому вопрос развития Севастополя заключается, на мой взгляд, в прекращении строительства на территории исторической части города и комплексном развитии прилегающих к ней территорий.

Я был в районах новостроек, возведенных после воссоединения с Россией, смотрел, как там все сделано. Извините, но в Москве такие дома, которые строятся здесь, уже сносятся. Это шестиэтажки, без лифтов, да и сделаны они абы как…

Не надо ничего придумывать. Надо просто брать успешный опыт других регионов России.

При этом, еще раз подчеркну, Новая Москва не имеет утвержденного генплана, но это не мешает ей развиваться.

Главная тема для региональных властей сегодня — реализация стратегических национальных проектов. Как эта работа проходит в Крыму?

— Первое, что я скажу: мы не занимаемся отсебятиной. Есть решение президиума «Единой России», есть решение председателя партии Дмитрия Медведева, который является премьер-министром страны. Партия должна направлять все силы на реализацию этих проектов. И на это выделяются огромные суммы.

Что такое партия? Это институт гражданского общества. Это в первую очередь люди. Простые люди, которые вступают в партию, чтобы транслировать свою волю. Согласно решению генсовета, мы приняли решение о создании группы контроля за ходом реализации нацпроектов. Это направление возглавил депутат Госдумы от Севастополя Дмитрий Белик.

Но пока следует отметить, что в данном вопросе у нас с правительством Севастополя нет конструктивного взаимопонимания.

Мы получили письмо от первого заместителя главы правительства Пономарева, в котором говорится, что допускать партию к контролю над реализацией национальных проектов они не хотят. Но я думаю, это вопрос дискуссий, компромиссов.

Мы делаем то, что мы должны делать, согласно российскому законодательству. Я думаю, мы убедим правительство Севастополя и примем активное участие в контроле над реализацией нацпроектов.


Теперь хотелось бы спросить о проекте «Точка опоры», в рамках которого в Севастополе оказывается помощь ветеранам. Вы заявляли, что будете помогать им в решении вопросов юридического характера. Уже есть обратившиеся?

— Да, есть. «Точка опоры» существует в 14 регионах, и как проект она себя очень хорошо зарекомендовала.

Действительно, бывает, что некоторые законы противоречат друг другу. Здесь, в Севастополе, эта проблема стоит более остро в связи с переходом с украинского законодательства на российское. Это мне сразу стало очевидно, когда я сюда был назначен. Поэтому здесь была создана «Точка опоры», работают хорошие юристы, и люди к нам идут. Причем не только ветераны приходят. Мы не отказываем никому. К нам за помощью обратиться может каждый житель Севастополя.

Не так давно прошел митинг ветеранов около стен регионального заксобрания. Ветераны предъявляли претензии партии по поводу выплат в честь 9 Мая. Хотя это, конечно, вопрос исполнительной власти, а не партии…

— Изначально ко мне обратился губернатор Севастополя Дмитрий Овсянников за поддержкой партии в плане того, чтобы заксобрание помогло ему реализовать перераспределение бюджетных денег в рамках этого проекта для более эффективного использования средств.

В принципе, это абсолютно нормально. Однако заксобрание приняло решение в рамках поправок губернатора о единовременной выплате денег в День Победы именно ветеранам и участникам обороны Севастополя. Причем губернатор сначала высказывался о невозможности сделать это…

Я призывал их к компромиссу. Говорю парламентариям: вы идете навстречу в одном, губернатор — закрывает другие вопросы. Там еще, в частности, стоял вопрос о покупке 30 квартир детям-сиротам. Причем это было предписание прокуратуры.

Я призывал их к тому, что заксобрание поддерживает губернатора при распределении средств, но высказывает вопрос, чтобы и выплаты ветеранам совершить, и выделить квартиры детям-сиротам. К сожалению, компромисса не вышло. И это сегодня, повторюсь, одна из наиболее важных проблем Севастополя.

Ну а сам митинг ветеранов, на мой взгляд, был смоделирован. Ветераны толком не знали, куда их ведут. При этом я не раз озвучивал позицию «Единой России», что партия поддерживает и выплаты ветеранам, и покупку квартир для детей-сирот.

Все это часть межэлитного конфликта. Ветераны вышли к заксобранию, а потом подбежали представители КПРФ и растянули плакаты против «Единой России».

Но ветеранов в регионе немного. Итоговая сумма не такая уж и большая…

— Изначально, когда речь зашла о выплате ветеранам и жителям осажденного в годы Великой Отечественной Севастополя, речь шла о пяти миллионах рублей. Всего лишь. Когда мы отправляем ветеранов в санатории в Сочи, то это обходится намного дороже.

Если вопрос о выплатах не будет решаться в связи с межэлитными конфликтами, вы планируете привлекать к решению вопроса федеральных представителей партии?

— Эти вопросы решены. Там проблема стояла еще с депутатами. Просто они не хотели выделять дополнительные деньги на местное телевидение. И вот из-за этой проблемы, по сути, возник межэлитный конфликт. Но из-за этого не должны страдать простые люди, особенно ветераны.

Если мы, например, примем решение о выплатах ветеранам через год, то через год многих из них уже не будет в живых. Мы обязаны быть благодарными им и стараться что-то для них делать каждый день, потому что завтра может быть уже поздно.


А теперь задам вопрос по поводу Донбасса и Украины. Недавно было принято решение о выдаче российских паспортов гражданам ДНР и ЛНР. Это как-то отразится, на ваш взгляд, на развитии и интеграции республик в Россию?

— Для меня Донбасс — это родная территория. Там живут удивительные люди. Они труженики, безмерно любящие свою землю, любящие Россию. В результате трагедии, которая произошла пять лет назад, люди оказались в сложнейшей ситуации.

Я могу сказать, что даже в Сирии власти продолжали содержать школы, больницы, осуществлять выплаты на тех территориях, которые были захвачены ИГИЛом*. В Донбассе даже такого не было.

То, что сделал на тот момент президент Порошенко, это невозможно представить в цивилизованном обществе. И ведь это не только Одесса 2 мая 2014-го. Был еще и расстрел людей в Мариуполе 9 мая того же года. Женщинам стреляли в головы…

Я знаю, как жители Донбасса ждали этих паспортов. Поскольку люди в одночасье оказались бесправными лишь за то, что прямо и твердо выразили свою политическую позицию.

В результате они не могли поступать в институты, не могли найти работу, не могли получать пенсию. Спасибо Владимиру Путину за то, что он подписал этот указ.

Мы должны очень трепетно относиться к людям Донбасса. По сути, они истекают кровью за весь мир. Они останавливают фашизм.

Вы не жалеете, что родной Мариуполь остался по ту сторону Русского мира?

— Я могу сказать, что он не по ту, а по эту сторону Русского мира. Порядка 80% населения Мариуполя поддерживают Россию.

Но в той ситуации, которая сложилась в 2014 году, существовала угроза гуманитарной катастрофы. Город мог бы просто остаться без воды. И Донецк, кстати, тоже.

Та власть, которая тогда была на Украине, она являлась настолько бесчеловечной… Такие вещи, как отключение воды, тепла, электричества, для нее были чем-то привычным.

И Мариуполь, если бы он вошел в состав ДНР, мог бы серьезно пострадать. Но я убежден, что государство не строится на тотальном страхе и пропаганде, государство строится на любви. Должна быть свобода выбора, свобода языка, свобода души.

Долго подобная ситуация на Украине просуществовать не сможет. Это наглядно показали президентские выборы, которые недавно там прошли. Я думаю, в итоге мы все равно будем вместе. Украина — братская страна. Это абсолютно естественно.

Однако многие говорят, что обратной дороги нет…

— Есть. Это же не первый подобный случай в истории.

Сколько в таком случае лет нам потребуется?

— Это может пройти достаточно быстро. Понимаете, в XVII веке было то же самое. Так же магнаты управляли страной, было давление и на язык, и на веру. Но вскоре все закончилось. И сейчас все закончится.

Но чтобы это получилось быстрее, мы должны сделать Севастополь одним из самых процветающих городов.

Украинцы должны осознать, что Россия — не враг. Что мы думаем в первую очередь о людях. Чем лучше мы будем работать в Севастополе, тем быстрее решится вопрос с Украиной.

Нет ли опасения, что за мирной риторикой нового президента Украины скрывается продолжение боевых действий? При этом, отмечу, реваншистские настроения по поводу Крыма, они никуда не исчезли.

— Крым и Россия навсегда русские. И нет армии в мире, которая смогла бы это оспорить. Мы в Сирии доказали силу наших вооруженных сил.

Дело не в новом украинском президенте, дело в воле народа. Да, в 2014 году бесчеловечной украинской власти удалось с помощью жестокости удержать ситуацию. Но это как опьянение. Человек не может прожить всю жизнь пьяным. Он обязательно протрезвеет. Украина трезвеет.

Следующий вопрос по поводу «Антимайдана». В последнее время в организации наблюдается какой-то затишье. Это связано с тем, что напряженность в обществе снизилась?

— Во-первых, работа идет постоянно. Наша деятельность не прекращается ни на минуту. И то, что сегодня видите, что нет таких протестов, как в 2011 году, это в том числе и заслуга «Антимайдана».

Наша работа ведется в двух направлениях. Первое направление — мобилизационное, второе — информационно-просветительское.

Мобилизационное направление продолжается. В частности, «Боевое братство» проводит от 500 до 1500 мобилизационных мероприятий в неделю. В случае необходимости наши ветераны, понимая действия Запада по раскачке ситуации в нашей стране, в стороне не останутся. В этом вся суть «Антимайдана» — активизация представителей гражданского общества, которых большинство для того, чтобы не дать развиться меньшинству. Как на Украине.

Что, разве большинство украинцев поддерживало фашизм? Конечно нет. Вот наша задача проводить массовые мероприятия, чтобы не позволить деструктивному меньшинству захватить власть. И мы в случае необходимости готовы на многое. В том же Севастополе, если надо, соберется порядка 500 ветеранов из «Боевого братство».


Готов ли будет «Антимайдан» к новым вызовам? К примеру, сейчас во многих регионах проходят митинги, связанные с мусорной реформой. Как мы видим, именно на это направление брошены организованные силы оппозиционных активистов…

— Когда принимался закон о реновации в Москве, силы оппозиции были брошены на данное направление. Причем не просто брошены, были потрачены огромные деньги. Людям разносили листовки, людей вовсю агитировали.

Я лично видел, как у Госдумы бабушки с палками бросались на пикетчиков. Потому что противники реновации хотели лишить их шанса на комфортное жилье.

Но, к сожалению, многие поддались на эту пропаганду, а сейчас многие люди приходят и просят включить их в программу реновации…

Оппозиционные деструктивные силы стараются использовать каждый предлог, чтобы попытаться раскачать ситуацию. А в итоге страдают обычные люди.

Поэтому главная задача на сегодня — разъяснять людям, как и для чего все это делается.

В Архангельской области и других регионах — похожая ситуация. Бесспорно, мы должны думать об экологии. Но мы должны и объяснять, что экологическая ситуация зависит и от самих людей. Мы в постоянном режиме пытаемся двигаться в этом направлении.

4 июня 2019 - 11:22